aponibolinaen (aponibolinaen) wrote,
aponibolinaen
aponibolinaen

Categories:

Маленькая локальная гомофобия

- Видишь, видишь того мужика? - толкнул меня локтем сын.
В отеле было время ужина, отдыхающий народ сновал по ресторанчику с тарелками, толпился у стоек со шведским столом.
Среди прочих набирал еду и самый обыкновенный мужик в шортах и майке-безрукавке.
Он стоял к нам спиной.
Стриженный под машинку, неяркий, ровно ничем не примечательный.
Я знала уже, что мужик этот - баба.
С мужиком-бабой мы летели на отдых в одном самолёте.
Вылетали из Домодедово на тёплое море, в страну, где всё есть.
Небольшой Боинг принял на борт пассажиров и готовился к взлёту.
Эконом-класс, двадцать пять шестиместных рядов, по три кресла от прохода, и последний ряд с четырьмя местами, сто пятьдесят с лишним пассажиров.
Мой ряд был предпоследним, двоим детям достались места впереди меня.
Пропустив всех, прошёл молодой парень на свой последний ряд, в самый хвост.
Я услышала, что парень не сел сразу, а потребовал освободить место у окна. Ведь он специально попросил себе такое при регистрации, чтобы лететь и любоваться проплывающими внизу морями и дальними странами.
Тот, у кого парень отстоял своё право сесть к окну, оказался мальчишкой-тинейджером.
Мальчишке тоже отчаянно хотелось смотреть в окно и любоваться дальними странами.
- Первый раз летишь, что ли? - спросил парень.
Мальчишка не ответил..
Он был расстроен, губы его дрожали.
Через проход сидела мама мальчика.
Что это именно мама - ещё надо было догадаться.
Стрижка под машинку.
Ноль косметики.
Непритязательная мужская одежда без намёка на кокетство ни в цвете, ни в покрое.
Удобные мокасины. Мужские.
Отличная фигура мужика в самом расцвете - подтянутая, не перекачанная, без демонстративной пошлости выраженных рельефов.
Тело сильное, свободное в движении.
Широкие развёрнутые плечи - не такие широкие, конечно, как у Волочковой, - поменьше.
И неожиданная на этом безоговорочно мужском теле, какая-то неуместная, как второй нос или третья рука, грудь.
Именно женская грудь.
Не такая крупная, как у Волочковой, конечно, - поменьше.
Я обозначила для себя эту пассажирку, как Женщину-Мужчину.
Маме и сыну при посадке не повезло вдвойне.
Мало того, что им достался самый последний ряд с неизбежной толкучкой возле туалетов, так их ещё и рассадили по разные строны прохода.
Мама могла уступить сыну лишь равноценное в своём неудобстве место.
Мальчишка, которого буквально в последний момент отодвинули от вожделенного окна, чуть не плакал.
Мне стало жаль его.
Мои дети летают достаточно часто, где сидеть и куда смотреть, им не очень принципиально.
И я спросила у своих, сидевших передо мной, не поменяются ли они местами с другими пассажирами.
Без проблем. Узнав причину, дети легко согласились отдать свои места (одно - у заветного окна) подростку и его маме.
Получив согласие, я обернулась к матери расстроенного мальчика и сказала, что они с сыном могут пересесть вперёд, им уступают. Парень будет смотреть на дальние страны!
- Два места? - заторможенно переспросила Женщина-Мужчина.
- Два нам не нужно. Я не пойду.
Лишь только после этих слов я обратила внимание на соседку Женщины-Мужчины.
Средних лет, фигура "дельфинчиком", полная сверху, но с лёгкими ногами.
Самое простое подкрашенное лицо, мелкая завивка, серёжки в ушах.
Вообще, лицо достаточно приятное именно своей обычностью, узнаваемостью.
Так выглядят наши соседки по подъезду, продавщицы и покупательницы на рынке, пассажирки в автобусе и в метро.
Да,самое простое лицо.
Но - странный такой взгляд, неувереннный, взгляд человека, готового отпустить своё настроение в любую крайность.
Может, посмеяться.
А может, поскандалить.
Однако,  вовсе не по собственной воле, а по воле чужой, более сильной.
Бог мой, Женщина-Мужчина и сидевшая рядом с ней Женщина-Женщина были парой!
Женщина-Женщина сидела у окна, и мать подростка запросто могла посадить туда сына, но она, как истинный суровый мужик, отдала лучший кусок своей подруге, а на отчаянное желание ребёнка, столь просто осуществимое, ей было наплевать с высоты десяти тысяч метров.
Мальчишка так и летел у прохода, вытягивая шею, чтобы высмотреть за стеклом чужого иллюминатора дальние страны.

Нас заселили в один отель.
В дальнейшем мы пересекались на пляже и в ресторане.
Мать вела себя как типичный авторитарный отец, категорически чуждый любым сантиментам, любым проявлениям нежности, понимания; чуждый чувствам вообще.
Подруга матери была совсем другой.
Она являла собой цельный классический образ забитой жены, полностью подчинённой своду правил, установленных главой семьи.
Женщине-Женщине явно хотелось болтать, общаться, смеяться с кем-нибудь над чем-нибудь.
Но она не смела.
Она чувствовала себя под холодным прищуренным взглядом Женщины-Мужчины совсем неуютно.
Глаза её часто бегали, пытаясь высмотреть - догадываются об их паре окружающие? не догадываются?
При этом спокойствие Женщины-Мужчины было непрошибаемым.
На окружающих она смотрела ещё меньше, чем на собственного сына, т.е., не смотрела вообще.
Ничто внешнее её не волновало.
Она ходила по-мужски, и сидела по-мужски, и курила по-мужски, и её грудь в спортивном лифчике (загорала Женщина-Мужчина в нём и в мужских трусах) казалась какой-то чудовищной ошибкой, издевательской ухмылкой природы.
С сыном Женщина-Мужчина почти не разговаривала.
Редкие глаголы в повелительном наклонении. И всё.
По вечерам мальчишка совершал пробежки по берегу моря.
Женщина-мужчина смотрела за ним, сидя с сигаретой в пальцах, широко расставив ноги.
Её сын, которого она звала неожиданно ласково, Андрюшей (единственное зримое проявление материнской теплоты), был в отличной физической форме.
Прекрасное тело юного мужчины, ладно сидящая новенькая спортивная одежда.
Красивый мальчик, ни чертами лица, ни цветом глаз и волос, ничем вообще, кроме фигуры, не похожий на мать, он всегда был один.
С ним никто не разговаривал.
Поэтому он разговаривал с собой сам.
Вполголоса, с жестикуляцией, взмахами рук, не замечая удивлённых взглядов окружающих.
Либо лёгкий Аспергер, либо просто тотальное многолетнее одиночество.
Целыми днями мальчишка был один.
Один заходил в море, один, довольно взрослый среди резвящихся малышей, прыгал днём в бассейн.
Сгоревшая спина ярко краснела.
Женщина-Мужчина курила и потягивала пиво у бара, Женщина-Женщина просто сидела с ней рядом.
Но в ресторан все трое ходили в одно время и занимали один столик.
Женщина-Мужчина заботилась об Андрее, но таким образом, каким заботился бы о сыне чуждый чувствительности отец.
По-матерински парня не любили.
Всё внимание Женщины-Мужчины было направлено на поверхность - одеть, накормить, поддержать спортивную форму.
При полном наплевательстве на глубинный, жуткий голод голой его одинокой души.
Взгляд мальчишки...
Мне его сравнить просто не с чем.
Видать доводилось разное, но далеко не всё на свете, и то, как смотрел Андрей - для меня нечто новое.
Он вроде хотел, но не умел и опасался общаться, поскольку мать не испытывала потребности в подобной ерунде и пресекала её попытки у членов семьи.
Парень готов был одновременно к крику и к подвигу, к выплеску яростной жестокости и к побегу.
Готов - на всё.
Андрей был буквально живой иллюстрацией страшной в свой чистоте Готовности На Всё.
Вектор приложения такой Готовности - абсолютно не предсказуем.
Все подростковые мысли и чувства, гормональные атаки, надежды, стремления духа и тела клокотали в нём под огромным давлением не только обычных для всех подростков ограничений и правил.
Андрея вдобавок давила и плющила многотонная воля матери.
Воля, взращенная не разумом, а слепой и глухой бесчувственностью.
Ум Женщины-Мужчины был очевидно не быстр и не очень развит.
Реакция тела наверняка опережала реакцию духа, как спринтер запросто опережает на старте марафонца.
Будь Женщина-Мужчина простым мужиком, главой обычного семейства, негибкость ума, неразвитость чувств, неумение слышать собственного ребёнка демпфировала бы мама.
Ласковая, любящая мама.
Даже сирота, живущий в детдоме, или с недоброй мачехой, может мечтать о Маме.
О той Маме, что с тихой любовью смотрит на него с неба, или которая потерялась и однажды обязательно найдётся.
Андрей мечтать не мог.
Рядом с ним находились уже и мать, и мачеха, вакансии были заняты, и обе эти женщины напрочь перкрывали канал простой детской мечте о материнских объятиях.
У подростка не было устойчивой картины мира.
Зыбкая почва крошилась под ногами.
Вокруг все, решительно все были другими, с незнакомым и прекрасным миром иных семейных отношений.
Андрей носил на себе тайную печать инаковости, груз не подлежащих разглашению секретов, которые делали невозможным серьёзное сближение с другими людьми.
Отвечать на вопросы про маму и тётю, при знакомстве неизбежные (как казалось этому семейству), было бы непосильным испытанием.
Ребёнок тащил на своих плечах чужой тяжеленный крест, и не мог рассчитывать при этом ни на дружескую помощь, ни на дружеское сочувствие.
Друзей у Андрея не было.
Он был изгой, не выбиравший добровольно и осознанно такого пути, и глубоко страдавший, в отличие от матери.
--------------------------------------------------------------------------
Мне абсолютно всё равно, кто, как и с кем спит.
При обоюдном желании и обоюдном совершеннолетии - никто посторонний не вправе вмешиваться в пододеяльную жизнь взрослых людей.
Что мне до гомо-жизни?
Ни-че-го, ровным счётом.
Но вот этот мальчишка...
Мечущийся внутри себя в дезориентации, в полном раздрае, что есть правое и что левое, где верх и где низ, и каковы различия между мужским и женским.
Аргумент, что в традиционных семьях (папа-мужчина и мама-женщина), где родители - алкоголики, бродяги, законченные карьеристы,  дети тоже бывают отчаянно несчастны, не хочу даже рассматривать.
Одна форма страдания нисколько не делает другую форму страдания менее мучительной.
Своими глазами я видела плод созревания в нетрадиционной семье, и видела я - балансирование на грани душевного здоровья. Балансирование без поддержки, без страховки.
Аргумент, что надо активнее признавать разные формы семейных союзов и пропагандировать их, как варианты нормы, чтобы нетрадиционные семьи стали обыденностью и не вызывали вопросов вообще, не канает тоже.
Пример, который видела я, тинейджер Андрюша, страдал более всего всё-же не из-за изоляции от внешенего мира, а именно от тоски по маме, её тёплым рукам, её нежным словам.
Даже если Закон потребует вступления всех граждан исключительно в однополые браки, и кругом будут исключительно однополые семьи, на душевные метания детей это ровно никак не повлияет.
Детям нужны доброе сердце матери и надёжные руки отца.
Любовь однополых родителей к ребёнку - она однотипна и половинчата, поскольку не уравновешивается противоположными качествами.
Мне - без разницы мужественность отдельных женщин и женственность отдельных мужчин, которые сами по себе они могут быть, как и все, и прекрасными, и не очень, людьми.
Но для ребёнка - да, я понимаю, что видела всего лишь один, хоть и очень впечатляющий пример, - разница есть.
Можно обманываться в мыслях в убеждениях.
Нельзя обманываться в инстинкте.
----------------------------------------------------
В тени гостиничной зелени, под яркими гроздьями цветов бугенвиллии, прописалась худая и бесконечно ласковая чёрная кошка с четырьмя смешными крохотными котятами.
Подруга моя зовёт таких младенцев "хвост морковкой".
Мамка-кошка кормила потомство, играла, присматривала.
Хвосты морковкой бесстрашно лазали по окрестностям и доверчиво шли на руки.
Отдыхающие растаскивали котят, уносили, приносили назад, угощали, тискали.
Мамка бдила.
Её терпения, её кошачьего сердца, питательного молока и умывательного языка хватало на всех четверых детей.
Я видела, как сын Женщины-Мужчины смотрел на это большое семейство.
В глазах его была отчаянная, неутолимая зависть.
Tags: воспитание, гомофобия, лесбиянки, подросток
Subscribe

  • Сбитый лётчик не взлетит.

    Захлебнулась я своим ядом. Написала постик, не сохранила, ушла, пришла, браузер слетел - дело знакомое. Не хочет судьба, чтобы я влетела по уши в…

  • Утро со снегом и арбидолом.

    А позавчера было солнце! Такое, как летом: яркое, весёлое, и из домашнего тепла даже верилось, что жаркое. На улице в жаркое солнце уже не верилось,…

  • Стирка и другие удовольствия.

    У меня были планы. У меня всегда есть планы. Почему-то они плохо совпадают с планами более высокого уровня, которые решат на ровном месте назначить…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments