aponibolinaen (aponibolinaen) wrote,
aponibolinaen
aponibolinaen

У меня будет штраф.



У меня будет штраф.
Меня оштрафуют за две вещи:

а) за глупую доверчивость (как распоследняя идиотка, подумала, что не может же улица Алабяна в выходной день стоять ровно так же, как в будни, и поехала через неё. Разумеется, улица Алабяна может, стоит, и будет стоять в любой день во веки веков).

б) за то, что при Лужкове начали авантюру с Алабяно-Балтийским тоннелем, а при Собянине её завершили, и не путём "верните всё взад, ироды, как было", а по лужковскому прожекту.
Огромный ключевой узел столицы, где Волоколамское и Ленинградское шоссе сливаются в экстазе Ленинградского проспекта, прямой дороги до Кремля, убит намертво. Там, как вариант, можно только крупно написать на асфальте опознавательное слово "Воронеж", дождаться, когда разбомбят к хренам собачьим то, что наворотили два припутинских градоначальника Москвы, и выстроить узел заново, по-человечески.
То есть, сделать нельзя уже ничего.

К великому стоянию улицы Алабяна Собянин недавно добавил цимес перемен на Октябрьском поле и на Песчаном путепроводе. С тех пор машинки, имеющие желание, но не имеющие возможности выехать на магистраль, уже никак-никак не могут свинтить куда-нибудь налево в обход, и принуждены стоять только по струнке, столько, сколько надо - полчаса, например, на участке в полтора километра.

В общем, что сделали бравые ликсутовские соколы на Соколе?
Стали думать-гадать, как вылезти из той задницы, которую их нововведения усугубляют раз от разу? Конечно, нет.
Просто навпендюривали камер. Молодцы.
Раз уж место гиблое, и люди будут рваться из ловушки всеми своими жалкими фибрами, здраво рассудили ликсутовские, то сделаем-ка мы на этом гешефт. Обяжем ехать водил так, как выйдет штрафособирательнее. То есть, ещё медленнее прежнего.
Один ряд при выезде с Алабяна на Ленинградский проспект пусть рулит, куда хочет, а другой исключительно направо.
Людишки будут оптимизировать передвижение, стараться использовать оба ряда, тут-то мы их и споймаем, и новые миллионы штрафов настрижём.
Закупорим ещё сильнее горлышко выезда, и так страдающее острой дифтерией, и никуда эти штрафоплательщики от нас не денутся, других-то дорог у сирых и убогих теперь нет.
Если только эти наглые морды, штрафоплательщики, летать не научатся - но мы и там на них окорот отыщем.
Я - летать не научилась.

В который раз платить за жадность и мерзость властей буду именно я, в числе тех бесчисленных нас, кто не может проехать по собственному городу без нарушений, как бы ни старался.
Для нас принимаются усугубляющие дорожную ситуацию решения, для нас монтируются на каждом фонарном столбе камеры, словно вышки с надзирателями в концлагере, для нас рисуется такая дорожная разметка, которая позволяет штрафовать сто водителей из ста - невозможно проехать, и не нарушить.

risovach.ru



Мы ехали с мужем и говорили о Роме.
Рома переживает свою финансовую зависимость и несостоятельность, ведь некое общественное мнение требует от него, чтобы он любой ценой к двадцати пяти годам имел квартиру, машину, престижную работу... как имеют всякие разные сыновья и дочки, племянники и двоюродные соседи по прежней жизни нынешних жизнеуправляющих.
- У меня в двадцать пять лет тоже ничего не было. - говорит муж.
- Лузер! А у меня в двадцать пять уже была квартира в Москве, семья и ребёнок.
И муж ржёт, осознавая при этом своё ничтожество.



Мы ехали в Борей и говорили про девяносто третий год. Который тысяча девятьсот.
Ехали мы полночь, уже за городом.
Перед нами два водителя сначала стали тупить, потом быковать, потом остановились повыяснять отношеньки.
Мы, многие нормальные, создали на скоростной многополосной дороге тормозящее кольцо вокруг двоих ненормальных. От греха.
Отношеньки повыяснялись без покидания пилотами своих корыт, через окна, чисто вербально.

- Мама, - спрашивает Борька, если бы тот вышел и начал стрелять, ты бы его задавила?
Я офигеваю.
Я не могу давить людей, даже если они начали стрелять - отметаем террористов, террорюгу я давить, наверное, смогу.
- Ты как это себе вообще представляешь?
- У тебя на глазах убивают человека, и ты ничего не будешь делать?
- Да. Я ничего не буду делать. Тебе станет легче, если тот, кто стреляет, убьёт ещё и меня?
- А ты пригнёшься.
Я ржу. Это куда я пригнусь, интересно? Боевик, что ли, какой посмотреть, кто там куда от выстрелов гнётся, Неы забараночные...
- Как я это сделаю? Куда мне пригибаться?
Я с пассажирами на подвиги не езжу. Моя задача оберегать жизнь пассажира, а не попавшего в переплёт соседнего водителя.
Может, лучше тот водитель сам пригнётся?

Боря разочарован.
Мама не герой, и не станет спасать одного дятла от другого дятла.
Не стану.





По дороге ехало нечто.
Нечто было на базе малыша-Смарта, и представляло собой большой круговой сабвуфер, по странной случайности дополненный колёсами.
Бронебойный звук шарахал из чёрной машинки во все стороны сразу, поражая всё живое.
Избавиться от оглушительного соседа не представлялось возможным, оставалось надеяться, что он вскоре куда-нибудь свернёт.
Один из автомобилей, ползущий в общем потоке, решил обогнать оглушителя слева.
Не тут-то было, водитель Смарта просёк чужое намерение, и мгновенно распахнул водительскую дверь.
Настежь!
Обгон был подрезан на корню.
Возмущённое гудение автомобиля с неудавшимся маневром было комариным писком в рёве му, несущемся из Смарта.
Мы, народ, во всём великолепии нечеловеческих звуков, поравнялись с Армянским храмом.
В храм, как всегда по выходным, приехала свадьба.
Улица была запружена машинами кортежа.
Смартовод притормозил, и дополнил вопли колонок собственными - наверное, выкрикивал поздравления новобрачным.
То есть, обозначил некоторые индивидуальные данные. Например, что его, любителя громких мелодий, родила слишком снисходительная к проделкам своего малыша армянская мама.

Муки невольных слушателей нежданного концерта прекратились - Смарт наконец свернул в переулок, глушить других несчастных, попадающих в зону звукового поражения.
Мы, в своём автомобиле, и не мы, в соседних автомобилях, приветствовали акт избавления от страданий писками радости и взмахами рук.
Мы бы и чепчики бросали в воздух, да только их ни у кого не было.






Сначала через дорогу скакала белка.
Не очень проворно скакада, какая, типа, разница - трава парка под лапками, или асфальт дороги.
Кто познал суть вещей, тот не торопится.
Потом в асфальте застрял дятел. Птица дятел, а не водитель-дятел.
Взял и реально застрял - клювом в асфальт, попой кверху.
Маленькие лесные друзья, вы чего вообще забыли на дорогах?
На обратном пути (дятла не было, и трупа дятла тоже не было, всё прошло благополучно) увидела, что там, где находился дятел, в асфальте глубокая выбоина.
Парень просто пил оттуда воду!





Вот, истинное отдохновение после пробок и камер, после пробок и идиотов, после идиотов и камер - это природа.
Спасибо, что под дурные дороги её пока ещё вырубили не всю.
И, конечно, котики.
Природа с доставкой на дом.
Не жду от неё милости, своими руками беру котика на руки.
Кто ещё даст человеку силы принять то, чего нельзя изменить, никого не убив в процессе принятия... ))
Tags: дорожное, личное
Subscribe

  • Магнифико!

    Мы уже видели такое в https://aponibolinaen.livejournal.com/565339.html Люди становятся рабами магнитиков и строят для них отдельные жертвенники.…

  • Жильё для котиков.

    Котики должны жить поближе к крыше. Так что в сегодняшней квартире всё правильно и всё по феншую, даже если этот самый феншуй удобством котиков…

  • Больше, чем тарелочки.

    Сначала я хотела взять в этом интерьере снимки с тарелочками и отправить их в свою тарелочную коллекцию. (Она постоянно, хоть и не быстро,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments