aponibolinaen (aponibolinaen) wrote,
aponibolinaen
aponibolinaen

Categories:

Некрасивая девочка

Среди других играющих детей она напоминала маленькую Бабу-Ягу.
Молодая заменяющая учительница как раз так и закричала на Инку:
- Ты что тут вертишься, как... как... как Баба-Яга!
Класс оцепенел.
Все десятилетние дети прекрасно знали, что Инка - вылитая Баба-Яга, и всем-всем десятилетним детям хватало такта в пылу самой яростной ссоры никогда не произносить этого сравнения вслух.
Про себя-то все именно так об Инкиной внешности и думали.
Но знали, что есть вещи, говорить которые недопустимо.

Инка в самом деле вертелась на уроке, и вертись она где-то на камчатке, молодая заменяющая учительница стерпела бы.
А Инка вертелась перед самым носом, на самой первой парте.
Инку туда посадила на веки вечные до окончания школы основная учительница, Ванькина мама.
Чтобы под её надзором Ванька списывал у Инки, потому что он парень был добродушный, но ни разу не умный, а Инка-то была отличницей.
И умела держать правую руку так, чтобы Ваньке было удобно подсматривать.
И страницу тетради не перелистывала, если Ванька не успел передрать задание.

Инкина внешность не имела ни единого плюса, за который можно было бы зацепиться.
Костлявая, сутулая, с дерматитными руками.
Смуглая кожа неприятного оттенка.
Чёрные волосы, редкие, тонкие и ломкие; слёзы, а не волосы.
Очень близко посаженные чёрные глазки со скудными ресничками.
Рот почти безгубый, как прорезанный бритвой.
Чебурашкины уши.
И нос - большой, вислый, на узком лице, с неблагородной горбиной.
Баба-Яга и есть.

В Инке текли балканские крови, и, судя по всему, этот поток прятал свои золотоносные струи уж слишком тщательно, на самом-самом донышке, так, чтобы их трудно было предположить.
Заменяющая учительница, например, и предполагать не стала, скользнула по поверхности.
А мы, дети, знали, что Инка ни разу не злая, очень умная, с авантюрной жилкой.
И принимали в расчёт Инкину суть, а не Инкину внешность.

Наши с Инкой пути скоро разошлись, и встретились мы уже очень-очень взрослыми женщинами за сорок.
Инка процветала.
Во-первых, она стала обыкновенной бабой, не выдающейся в сторону некрасивости.
Высветлила волосы, выправила кожу, следила за причёской и макияжем.
Да, не ах, а кто в сорок с лишним лет - "ах"?
Зато Инкина фигура была шикарна.
Ту массу, которую среднестатистическая женщина прибавляет к телу с изгибами, Инка прибавляла к голым костям.
И потому с годами приобрела то, что все остальные в сороковник как раз потеряли - мягкие девичьи формы.
К тому же занятия спортом выправили Инкину сутулость, развели её плечи, и красиво приподняли голову, вечно падавшую в детстве на грудь.

Инка владела успешным бизнесом, обеспечивающим ей безбедное существование.
Подняла она этот бизнес с жестокого нуля, челночницей, ездивший на страх и риск за тридевять земель.
Её грабили, запугивали, она начинала торговлю с картонки с товаром, лежащим на земле в любую погоду - плюс сорок, так плюс сорок, минус тридцать, так минус тридцать.
Характер помог выстоять, ум помог развить дело.

Ещё в институте Инка вышла замуж, за горячего кавказского парня, которым правил яростный гормон.
Тому надо было или срочно жениться, или погибнуть от интосикации.
И он не погиб.
Молодые родили сына и разбежались.
Для Инки постельные подвиги мужа обесценивались отсутствием у него выдающегося интеллекта.
Забрала сына, и из южных краёв, где училась, вернулась домой.

Сын пошёл прямо в папу, заделав Инке внука сразу по окончании школы.
Она кормила всех; бизнес позволял бы кормить ещё и соседей, но те имели совесть и не намекали.

К сорока с лишним годам у Инки был любимый человек.
Симпатичный мужик, ни разу не бывший женатым, и не осмеливавшийся предложить Инке руку и сердце, поскольку зарабатывал мало, и считал недостойным приходить в богатый дом невесты с рваными портками.
Инка же мучилась совсем другим вопросом.
У неё был сын и был внук.
У любимого детей не было.
И она считала недостойным лишать его счастья отцовства, которое он мог обрести с другой, более молодой женщиной.
Вот так два хороших и любящих человека сами строили между собой стену из благородства и самопожертвования, кирпичик за кирпичиком.

А потом их любовь смела эту дурную преграду и расставила всё по своим местам.
Через год у (не очень) молодых супругов родилась дочь.
Самая любимая, самая драгоценная принцесска, унаследовавшая отголоски некоторых маминых черт, с огромными голубыми глазами в пушистых ресничках, радостно и доверчиво глядящими на сотворённый для её счастья мир.
Имевшая с рождения надёжную опору на руки старшего брата, и на руки сильно превосходившего её по годам племянника.
Главное - на руки отца.
Самое важное для девочки, чтобы она росла в счастье и в мире с собой - любовь отца.

Всё то хорошее, что случилось в Инкиной жизни, вопреки всем препонам, случилось благодаря Инкиному отцу.
Каждый день он говорил своей откровенно страшненькой девочке, какая она красавица, и как он её любит.
И Инка верила глазам отца больше, чем глазам окружающих и зеркалам.
Инкин папа вложил в свою девочку столько тепла, что его хватило, как заряда от солнечной батареи, пережить все те лютые зимы, что случались в её судьбе.

Миллионы очень красивых, просто красивых, симпатичных или обыкновенных девчонок никогда не слыхали от своих отцов, как они прекрасны.
Или отцов не было, или в отцах не находилось нужного количества любви.
И у миллионов бывших девочек, от самых красивых до самых обыкновенных, жизнь как-то не задалась.
Ни личная, ни финансовая... с хлеба на квас в отношениях, с хлеба на квас в зарплате.
Потому, что в них с самого начал никто не верил.

А Инкин отец смотрел на дочку любящим взглядом, требовал в меру, и только тех вещей, что шли на пользу; всегда знал, что его девочка рождена быть счастливой, и передал свою уверенность Инке.
Теперь Инкин муж передаёт их дочке такую же непробиваемую, как сказочный щит, уверенность - в собственном уме, красоте, удачливости, в том, что свет белый, а мир добрый.
Таким он и будет для этой малышки, дочери некогда очень, очень-очень некрасивой девочки.
Tags: любовь отца
Subscribe

  • Намерение стать красивым дельфином,

    то есть, погрузиться в море пива, посетило меня. Месяца полтора назад подружка рассказала, какие в Ашанах завезлись красивые манги. Не которые…

  • Пиво

    Это как долго надо было не пить пива, чтобы забыть, что оно пенится? Никто не удивит меня больше меня. Чуть меньше двадцати лет назад мы с…

  • Я бы купила.

    В этой квартире меня подкупило много чего, и в первую очередь - двери. Не то, чтобы они мне слишком понравились, но эти двери убеждают в творческом…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments